Я регулярно захожу в магазин продуктов около ПФР на Пушкинской, и каждый раз спрашиваю, есть ли в продаже конфеты "Достойная старость". Каждый раз мне отвечают, нет. Я спрашивал уже раз 150 и 150 раз мне ответили нет. Смысл в том, что отвечает мне один и тот же продавец армянин, отвечает с неизменной интонацией. А я каждый раз с неизменной интонацией спрашиваю:
- Конфеты "Достойная старость" есть?
- Достойной старости нет.
- Есть конфеты "Достойная старость" в продаже?
- Такими не торгуем.
- Конфеты можно посмотреть, какие есть?
- Есть всё, кроме достойной старости
- Я бы хотел конфеты "Достойная старость", почем они вообще?
- Извините, у нас нет Достойной старости.
- Что нибудь на двоих есть? Мне конфеты "Достойная старость".
- Мы их никогда не заказываем и не продаём.
И ведь этот продавец, зараза, знает меня идеально в лицо, знает, что я спрошу и знает, что он мне ответит. Но ещё ни разу ни один из нас ни жестом, ни словом не показал, что каждый из нас знает сценарий. Бывает продавец курит у входа, когда я захожу в магазин, тогда я подсматриваю за ним сквозь стеклянные двери, он равнодушно докуривает, выбрасывает бычок и возвращается за прилавок:
- Что вы хотели?
- Мне нужны конфеты "Достойная старость".
- У нас нет.
- Жаль.
Иногда он общается с другим клиентом, тогда, стоя рядом, я терпеливо жду, когда они закончат:
- А конфеты "Достойная старость" есть?
- Нет, её у нас нет.
Иногда он просто скучает за прилавком, когда в магазине никого нет, и только я расхаживаю по залу. Конечно, он знает, что будет дальше, но не подаёт виду и равнодушно берёт журнал.
- Что-то я конфеты "Достойная старость" найти не могу, они вообще в продаже бывают?
- Нет, не бывают, мы ими не торгуем.
Это очень суровое, по-настоящему мужское противостояние, исход которого не ясен. Очевидно, что каждая сторона рассчитывает на победу. Впрочем, я уже согласен на ничью
Читать дальше →